набожный человек вкушает грех

Есть у меня знакомый. Человек набожный – спасу нет. Мало того, что он на каждую церковь крестится, мимо которой проезжаем. Так он еще крестится после каждого перекрестка, который мы минуем. И что примечательно, за рулем при этом он сам. Вот этот знакомый и пригласил меня помочь кое-что сделать по работе в женском монастыре. Работы не так много, но была проблема в нехватке времени. Из-за этого и получалось, что будто не доставало рабочих рук. А после оказалось, что мы вообще безвозмездно выполнили всю работу. В смысле, за просто так. Но я тогда не особо расстроился, узнав об этом.
Так вот… Нет еще и десяти утра, а мы уже на объекте. Сразу оговорюсь, возможно, я что-то не так буду называть – не силен в терминологии подобной области. На время выполнения нами работ настоятельница строго-настрого наказала послушницам не ходить в кельи. Я так понял, дабы не было соблазна. Только не знаю, кого от кого оберегала…
В очередной келье не работала лампа верхнего освещения. Я разобрался, что в обрыве оказался участок алюминиевой проводки в полости перекрытия. Кто в свое время предполагал, что из-за такого свойства алюминиевых проводов будет возникать столько проблем? Казалось бы, надо просто заменить этот кусочек проводки и проблема будет решена. Но настоятельница нам поставила жесткое условие – работы выполнять при минимальных повреждениях отделки стен и потолков. Дескать, историческая ценность. Очень интересуюсь, как долго существуют железобетонные плиты перекрытия с полостями?
Время близится к обеду, и вдруг дверь тихо открывается и входит женщина лет тридцати пяти-сорока. На ней было обычное неброское долгополое платье, голова обвязана платком. Зашла вроде как на минуту, чтобы что-то забрать, но почему-то задержалась. Ей сначала было очень интересно, что же такое необычное я проделываю, стоя на стремянке под самым потолком. Уже не такая молодая, и должна была бы быть не склонной к опрометчивым поступкам. Она проявила такое любопытство к тому, что и как я делаю, что мне пришлось спуститься со стремянки и присесть на кровать рядом с ней, чтобы рассказать все в подробностях.
Итак, я присел рядом с ней… Она была само обаяние… Такая милашка… Ее не надо было уговаривать, соблазнять. Уловив мой порыв в самом его зародыше, она сама буквально набросилась на меня, спеша расстегнуть мою ширинку. Все произошло так быстро, что я даже не понял, как очутился между ее обнаженных полусогнутых ног… Она не издала ни звука, зайдясь в немом крике. Ее лицо стало пунцовым. Я грешным делом даже подумал: «А не разорвет ли ее от страсти?». Как баба хотела секса! Как страстно она отдавалась!
Почувствовав, что я кончаю, она хотела вскочить, но я не выпускал ее из-под себя, пока сладко подергивается мой член и из меня не вышла последняя капля. Ей пришлось смириться. Кстати, смирение, вообще, их удел… Но какая же она была сладенькая!
Я предпринял попытку задержать ее еще на некоторое время, рассчитывая повторить, чуть позже, то же самое, что мы проделали с ней только что недавно, но услышал сказанное ею тихо, но твердо:
– Пусти.
Она ушла. Я так и не узнал, ни кто она такая, ни ее имени. А потом, с улыбкой прокручивая в своей памяти случившееся, я живо представил себе, как та, крадучись, не смотря на запрет настоятельницы, пробирается в келью, чтобы, предавшись радости греха, совершить со мной любовный акт. Забавно, но мне почему-то в голову влезла мысль о том, что после того, как я вкачал в нее приличную порцию спермы, она, перед тем как выбежать, лишь наспех чем-то подтерлась. С нее же все потечет!
Потом был еще случай. Я уж не знаю, каким образом тот мой знакомый находит такие заказы, но он подрядился на выполнение работ в психушке. Мужики опять меня с собой взяли. Правда, зная мою особую слабость к женскому полу, они сразу предупредили: «Ты только там аккуратнее. Контролируй себя».
А я честно скажу, как только бабу голую вижу – у меня сразу стояк. Если же она еще и в непосредственной доступности, и мы с ней тет-а-тет, то, вообще, конкретно башню сносит. Ничего с собой поделать не могу. Женщина!!! Все! У меня сразу торчок. Рефлекс! Все мысли с этого момента об одном.
Мне для начала поручили везде заменить перегоревшие лампочки. Работая так, я дошел до какого-то помещения – у них там, помимо разных коробок, разные тряпки тюками на стеллажах и прямо на полу лежат в огромном количестве. Как раз там я и менял лампочки – те самые, длинные, которые дневного света. Неожиданно заходит какая-то девица. На лицо смазливая. Одета, в принципе, как и все, обыденно. Простенькое платьице чуть выше колен. Слово за слово – разговорились. Вдруг снимает с себя трусики, с задранным подолом располагается, полулежа, на тюках, раздвинув согнутые ноги, открыв моему взору свою прелесть, и говорит:
– Ты ведь хочешь этого? Я же вижу, что очень хочешь.
Тоже мне вещая Кассандра! Откуда мне было знать, что это – пациентка этого благочестивого заведения, а не его работница или сотрудница. Она так страстно отдавалась! Я, забыв обо всем, целых полчаса ее жучил. Неожиданно она вырывается из-под меня и, показав мне язык, распахнув дверь, выскакивает в коридор. Однако… Ее трусики так и остались лежать на полу.

читать  приятные воспоминания о куннилингусе

Только успел привести себя более-менее в порядок, вышел в коридор, а мне навстречу наши мужики.
– А мы тебя потеряли! Надеюсь, ты не трахнул эту чокнутую?
– За кого вы меня принимаете? – делано возмутился я.
– Просто она такая подозрительно счастливая вылетела из этой комнаты – чуть нас не сшибла.
Эх! Хорошо мы тогда с той девкой развлеклись. Душевно я ее отжучил!
Закончив работу, мы уже собирались уходить, как к нам подошла одна из работниц и, немного смущаясь, предложила нам задержаться:
– Оставайтесь, мальчики.
Самым молодым из «мальчиков» тогда был я – тридцати лет от роду. Оказывается, у одной из ее коллег был день рождения, и по этому поводу они накрыли скромный стол. Присутствовала на столе и выпивка.
Я подсел к молоденькой медсестре. Между делом, незаметно для остальных, под столом я тихонько положил свою ладонь ей на колено. Очень скоро медичка решила мне показать свое рабочее место. Договорились тихонько улизнуть, но порознь. Сначала, стараясь не привлекать к себе внимания, вышла она, а чуть позже следом и я за ней.
В процедурной, аккуратно закрыв дверь на замок, мы разместились с ней на кушетке. Там я и воздал ей должное. Но на кушетке заниматься сексом мне показалось несколько жестковато. Да и помешать нам мог запросто кто-нибудь.

Pages: 1 2

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *